Ася Казанцева: Ракеты продолжают лететь в украинские дома и торговые центры, на улицах Москвы продолжают арестовыва

Ракеты продолжают лететь в ские дома и торговые центры, на улицах ы продолжают арестовывать тех, кто с этим не согласен, и во всем этом нет ни грамма смысла, ни единого бенефициара нет у происходящего.

Всегда и на всех уровнях, от государства до отношенек, есть выбор между сотрудничеством и игрой с ненулевой суммой, когда всеЕщё

договариваются, слушают друг друга, ищут компромиссы, стараются сделать соседу лучше, проводят фестивали и чемпионаты, строят дороги и мосты, устраивают игры, оргии и развивающие кружки, и все становятся счастливее и любимее, и богатство их приумножается, — и враждой, игрой с отрицательной суммой, когда все вложенные усилия приводят к тому, что всем становится хуже, и соседу тоже, но рикошетом и тебе. Есть множество причин, почему люди выбирают второй путь — по глупости, от тревоги, боли и страха, в отместку за реальные ли, примерещившиеся ли обиды, и почти всегда успешно утягивают в пропасть партнера, но вместе с ним и себя. Партнер, кстати, выберется и оклемается в долгосрочной перспективе. Кто сам сильный, добрый и спокойный, тот возвращается в равновесие. Кто мелочный, злобный и мстительный, тот распугает всех и останется в одиночестве и нищете.

Как с этим бороться в частной жизни? Ну, иметь широко доступную контрацепцию и аборты, чтобы все дети были желанными, достаточно зарабатывать на психотерапию, читать научно-популярные книжки по теории игр, tit for two tats и вот это всё. Но даже и здесь есть и другое: сменяемость власти и независимость сторон. Мало кто по природе своей абсолютно добр или абсолютно омерзителен, в основном люди все-таки действуют где-то внутри тех рамок, которые им доступны, и рамки эти будут совершенно разными в ситуациях, скажем «разводы разрешены, женщине есть куда уйти» и «разводы невозможны, деться ей от вас некуда и вы оба это знаете».

Что уж говорить о государстве. Ложь множится, и чем дольше тиран у власти, тем опаснее для него эту власть утратить, и тем больше у него поводов уничтожать любые инструменты возможной ее передачи, возможного сопротивления. Счастье и процветание, свобода и гражданское общество не нужны и опасны, неважно, свои ли, соседские. Чем сильнее все живое и дышащее придавлено бетонной плитой, тем лучше, только бы было оно запугано и покорно.

Кажется, впрочем, что за 77 относительно сытых и спокойных лет с бурным развитием социальной психологии и прочих общественных наук человечество успело здорово отрефлексировать, обстоятельно изучить и обдумать всю вот эту вот историю о том, что сотрудничество ценно, вражда губительна, а абсолютная власть развращает абсолютно. И что то, что мы наблюдаем сейчас, по нарастающей последние двадцать лет, очень быстро в последние два года и совсем стремительно в эти четыре месяца, — это все же безумная флуктуация, неправдоподобное стечение неудачных обстоятельств, что это ненормально — и конечно. Что, как только непосредственная угроза закончится, а закончится она неизбежно, со смертью ли тирана, со свержением ли его — человечество возьмется за голову, и запустит широкую общественную дискуссию, и сядет думать, как такого не допустить больше, и разработает какие-то жесткие механизмы международного контроля, делающие абсолютно незаконным и невозможным да вот хотя бы просто само удержание власти более десяти лет, ни для кого и ни в какой стране.

Почему я так оптимистична? Ну, во-первых, пытаюсь практиковать успокоительный самообман, чтобы не сойти с ума от ужаса и боли. Во-вторых, думаю, что после второй мировой многое стало все-таки сильно лучше с точки зрения прогресса, гуманизации нравов и ценности человеческой жизни. Урок выдохся, потребовалась ревакцинация, смогли повторить, горите суки в аду.